Виктория Трофименко: Снимая «Братьев», я говорила: «Главное, чтобы не получилось, как у Параджанова»

Режиссер-дебютант, автор фильма «Братья. Последняя исповедь» - о создании ленты на основе произведения известного шведского писателя и работе с украинскими актерами. Напомним, в основу сценария картины легла повесть «Шмелиный мед» одного из самых известных современных шведских писателей Торгни Линдгрен. Сюжет из этого довольно остросюжетного произведения госпожа Трофименко адаптировала к традициям украинской классической литературы и поселила героев ленты на гуцульском дворе. Здесь и происходят почти все события из жизни двух братьев, которые эти жизни положили на ненависть и любовь друг к другу.

Виктория Трофименко: Снимая «Братьев», я говорила: «Главное, чтобы не получилось, как у Параджанова»


Фильм снят компанией Pronto Film при поддержке Государственного агентства по вопросам кино. Общий бюджет картины составил 16 млн грн. Вместе с режиссером и сценаристом Викторией Трофименко над ее дебютной картиной работали оператор Ярослав Пилунский, продюсеры Игорь Савиченко, Максим Асадчий и Том Палмен. В фильме снимались Наталья Половинка (писательница), Роман Луцкий (молодой Станислав), Виктор Демерташ (старый Станислав), Орест Ягиш (Демийон), Вероника Шостак (Ивга), Николай Береза (молодой Войтко) и Олег Мосийчук (старый Войтко).

Виктория Трофименко - выпускница КНУ театра, кино и телевидения им. Ивана Карпенко-Карого. Картина «Братья. Последняя исповедь» задумывалась как ее студенческая работа. К съемкам фильма госпожа Трофименко работала режиссером телепрограммы «В поисках истины» телеканала СТБ.

Украинские кинокритики отметили ее кинодебют как интересное событие. Среди них - киновед Мила Новикова, которая назвала картину яркой работой за последние четверть века в игровом украинском кино.

А польского кинокритика Януша Газда, известного, в частности, публикациями о украинском поэтическом кино, картина Виктории Трофименко располагала к воспоминаниям о ленте времен Советского Союза. Если идея заключается в том, чтобы создать настоящее украинское кино, то зачем произведение сценария брать из Скандинавии? Кроме того, инспирация украинским поэтическим кино 1960-х и начале 1970-х - это не путь для нового кино. Это уже было, это было прекрасно и эмоционально совершенно, это даже было положительным явлением, потому побуждало к ощущению украинскости. В определенной степени, в украинских фильмах того периода ощущалась тоска по Карпатами как мифом свободы. Фильм "Братья" показался мне наследованием таких фильмов и тем. Но говорить о гуцулов в 1960-х было совсем другой вещью, чем сейчас ... ».

Услышав много отзывов, мы встретились с Викторией Трофименко, чтобы расспросить о работе над лентой и ее профессиональные задачи. А продюсер Игорь Савиченко рассказал о рыночных принципах проекта.

- Виктория, с какими проблемами вы столкнулись при производстве фильма?

- Как режиссер не могу сказать, что у нас были какие-то проблемы. Это не потому, что я хочу сказать, что все было прекрасно. Нам помогали, шли навстречу по сезонных сложностей в процессе съемок, например.

Именно благодаря питчинг Государственного агентства по вопросам кино фильм и состоялся. К тому поиск финансирования длился три года. И только после того, как лента получила поддержку государства (50% от бюджета), процесс сдвинулся с места.

- Как вам удалось убедить Pronto Film вложить свои средства в производство ленты?

- За три года поиска я познакомилась, наверное, со всеми продюсерами в Украине. Сценарий нравился, но никто не хотел рисковать.

А в Pronto Film этот проект полюбили так же, как я, и назвали его своим. Это очень важно, потому что когда продюсер относится к твоему фильму не как к одному из многочисленных проектов, а как к своему, то и реализован он будет на соответствующем уровне.

В Pronto Film была абсолютное доверие и ко мне - режиссера-дебютанта, и к актерам, большинство из которых тоже начинающие.

- Почему вас заинтересовала именно шведская книга? Ведь в украинской литературе после долгого периода появились интересные для экранизации современные произведения.

- Я действительно не занималась специальным поиском литературы. Книга Торгни Линдгрен вдохновила меня, а когда ты уже что-то полюбил, альтернативы не ищешь. Меня так разве Стивен Кинг цеплял. Но по его книге - «Долорес Клейборн» - фильм уже сняли.

Повесть «Шмелиний мед» очень глубокая. Доступна и понятна, но в то же время очень глубокая.

- Сложно было решать вопрос с авторскими правами?

- У меня не было проблем с авторскими правами. На удивление, не было. Я их получила. Как только прочитала книгу, я искала контакты агента автора, но их в интернете не было, не было и контактов самого Торгни. Я увидела, что книга издана при поддержке шведского посольства, и я обратилась туда к Татьяне Некрасовой - атташе по культурным связям и попросила контакт агента. Мне дали контакт.

Я подала запрос, и через полгода его агент ответил мне. Они попросили мои видеоработы. Торгни посмотрел, сказал, что у нас есть нечто общее, и дал разрешение. Но это было разрешение на студенческую работу, я собиралась делать студенческую, за год стало понятно, что если я хочу снимать кино, то надо брать коммерческий опцион.

И я написала снова Торгни, что мне нужен коммерческий эксклюзивный опцион, что означало, что кроме меня, несколько лет, никто не может снимать. В Швеции сказали хорошо, но это другие условия и это стоит денег. А я ответила, что денег у меня нет, но я сделаю хорошее кино. Они подумали и согласились на два года дали мне бесплатный опцион. Это была большая удача. Счастье, когда автор, номинирован на Нобелевскую премию, дает тебе, студенту и дебютанту, права на свое произведение бесплатно. Затем, за два года, я поняла, что денег нет, и мне помогла компания Nestle, собственно «Светоч», они дали мне денег и я оплатила третий год опциона. А тогда уже присоединились Pronto Film и Минкультуры, и дальше уже не было проблем. Жизнь улучшилась :) Мы просто снимали.

- Видел этот фильм Торгни Линдгрен?

- Нет, не видел. Я уже написала письмо, чтобы отправить диск, но продюсеры говорят, что было бы лучше, если бы я написала от руки. И я все никак не напишу и не отправлю. Не видел еще, но хочет посмотреть. Высылать надо, каждый день об этом думаю.

- Фильм позиционируется как межкультурный эксперимент. Расскажите об этом подробнее. Насколько вообще история Торгни Линдгрен с ее лирической драмой близка Украинская по ментальности? Ли тесно ей в этом дворе, где стоят дома братьев?

- Ну так получилось, что «Братья» можно назвать межкультурным экспериментом. Но я делала просто кино. У меня есть история, и я рассказать эту историю. Рассказать ее в Швеции я не могу, я могу рассказать ее в Карпатах, потому что она здесь будет органической, я это понимаю. Я знаю, что там вкусный колорит для меня украинский колорит, который я могу уловить. Где он вообще еще сохранился, а не ассимилировал в русскоязычной среде. Я знаю, что в Карпатах эта история будет. Вы гуцулов знаете? Вы с ними общались? Жили среди них?

- Нет, еще не приходилось.

- Все, кто близко знаком с этим этносом, кому понятна эта речь, говорят: «Это точно гуцулы! Они такие! Да, это могло там произойти ».

Общее представление о украинцах - что мы дружелюбны, мирные. Но вы могли подумать прежде, чем украинские молодые ребята добровольно стоят на границе под обстрелом «Градов» без амуниции, и будут принципиально туда идти? Поэтому когда мне говорят: «Разве у нас такое может быть?», Отвечаю: «Не просто может, а есть».

У нас такие ситуации, как в этом фильме, есть на бытовом уровне очень во многих семьях. Возможно, не в масштабе хутора, но в масштабе квартиры, лестничной площадки.

Поэтому делать эксперимент ради эксперимента у меня даже в мыслях не было. Я космополит. Я очень масштабно мыслю, для меня не существует разделения территорий, для меня все - единый вселенная, нет разницы, Швеция, либо Украина. Если мне понравится история из Индии, я буду в Индии снимать. Границы меня не ограничивают, и это не лично для меня экспериментом. Но, пожалуй, если смотреть со стороны - да. Целью было передать историю, которая меня захватила, которая взяла меня за жабры, и без вариантов! Она меня выбрала, и дальше я с ней шла, и мне надо было ее отпустить и отдать. Все, сейчас она живет своей жизнью, и я чувствую, что миссия с этой историей выполнена.

- В истории украинского кино на территории Карпат были сняты такие фильмы, как «Тени забытых предков», «Белая птица с черной отметиной». Вам не страшно было браться за эту тему после таких шедевров?

- Нет. А что тут страшного? Ну снимали эти фильмы вошли в историю кинематографа, я очень рада. Но это не значит, что теперь нельзя снимать на этой территории. Нас объединяет только локация.

Это же не значит, что если фильм снимали в Украине, то это ограничивает будущих режиссеров снимать в Украине. Ну, подумаешь.

- Кроме локации, «Братьев» и указанные ленты объединяет традиция поэтического кино. Например, в фильме «Братья» она выражена в этническом, фольклорной окраске. Автор термина «школа украинского поэтического кино» Януш Газда считает, что это уже пройденный этап.

- Может, пора перестать отрекаться от себя и своей культуры. Ну это наша этническая окраска, мы, Украинцы, такие. На самом деле все, что делается в Украине, называются либо «шароварщиной», или пройденным этапом. Хорошо, а что у нас в будущем? Будем снимать американские фильмы? Этот не пройден этап? Наша история - это наши корни, в любом случае, что бы ты ни делал, ты возвращаешься к этому, как можно, делая фильм в Украине, в Карпатах, избегать этническую окраску? Я за ним туда ехала. Если ты снимаешь в Карпатах, то это колорит Карпат. Дело не в пройденном историческом этапе или в будущем ... Если обращать внимание на чьи мысли и ярлыки и бояться не угодить чьим умозаключениям или, не дай Бог, повториться, то надо из утробы ложиться сразу в гроб. Вся жизнь - это кем-то пройденный до того уже этап, это не значит, что мы не можем теперь жить и прожить какой-то новый свой этап по-своему, по-другому. Мы все повторяем историю миллионной давности - к нам уже жили и умирали.

Мне кажется, что это иллюзия. И тем более - ограничивать себя из-за того, что кто-то что-то уже снимал. Поэтическое кино - это тоже клеймо, которое на меня почему-то повесили. Я старалась снимать кино, то, что его назвали поэтическим, - ну хорошо. Потому что в каждом фрагменте, в каждой сцене нет ни одной случайной детали. Я была сфокусирована на том, чтобы сделать каждую сцену хорошо, и каждая хорошая бусина добавилась в ряд бусы.

Есть масса фильмов, снимаемых в Карпатах, и их называют ни поэтическим кино, ни «параджановского». По какой-то причине в «Братьев» это прилипло. Это неплохо, Параджанов - гений. Мы даже когда снимали, я как-то художнику сказала: «Главное, чтобы не получилось, как у Параджанова». На что он мне с иронией ответил: «Не волнуйся, Вика, не получится». А теперь все сравнивают. Но я не ставила себе целью ни сделать эксперимент, ни снимать, как Параджанов.

- Какой временной период охватывает лента?

- С 1960-х до наших дней. Сорок лет назад носили именно такие костюмы, именно так говорили, и женщины не читали, были неграмотными. Это же Карпаты: школы, в которых еще нужно добраться. Неудивительно, что там тогда многие в лучшем случае три класса заканчивали.

Кстати, наш Олег Игнат, который занимался адаптацией диалогов на гуцульской диалект, сам гуцул - у него мама живет в Карпатах. Когда он спросил ее, помнит ли она войну, она сказала: «Что-то там в низине постреливали». Вторая мировая война прошла мимо. А вы сомневаетесь, все ли так было? Было.

- Учитывая то, что действие происходит в глубинке, чем может быть мотивирован визит писательницы в это село?

- Она приехали читать лекцию.

- Там действительно такие вещи случаются?

- Да, в Карпатах такое бывает. Кстати, именно в этой церкви, которая фигурирует в фильме, не раз выступали с лекциями. Также, я была свидетелем, в другой церкви в лагерем, где священник читал проповедь после службы, люди сидели на стульях и слушали, и я была среди них. Кроме того, Дрогобычский церковь, в фильме есть еще и музейным экспонатом и, кажется, входит в список объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО в Украине.

- Как я узнала из публикации Натальи Даньков, на этапе написания сценария вам выпало сотрудничать с скрипт-доктором Мигелем Мачалски. Расскажите, как происходил обмен опытом.

- Мигель помогал перевести на английский диалоги с гуцульского наречии. И он продемонстрировал замечательный английский, привнес изюминку. Это было необходимо на стадии добавления кинопродюсеров из Европы, чтобы они понимали колорит. Но в процессе съемок я меняла диалоги, сокращала, чтобы они были живыми из уст актеров. То добавила на площадке эксперт по произношения Василиса - женщина из Верховины, потому что не всегда мог быть Олег Гнатив, из-за гастролей. Поэтому они изменились. Затем с финальными английскими титрами работал новозеландец Джаред Морган.

- Есть предоставленные Мигель Мачалски рекомендации по сценарию?

- Нет. Ему сценарий понравился сразу, он сказал, что не знает, что там изменить, за исключением того, что можно убрать две сцены при необходимости сократить хронометраж. Мигель, посмотрев фильм, прислал нам письмо, в котором было сказано, что он очень рад участвовать в этом фильме.

- На главные роли в этой ленте планировались Евгений Гудзь и Петр Мамонов.

- Мамонова я видела в роли старого Войтко, а Гудзя - периода его молодости. Мамонов очень харизматичный, и я его добивалась, но он мне отказал.

- Почему?

- Он сказал, что верующий человек и не может. Там есть сцены не слишком политкорректные, может, это его смутило. Хотя Мамонов - человек с таким прошлым ... Я не знаю, что его так смутило. Но сценарий ему понравился.

Гудзь мне тоже отказал. Хотя кого я могла поставить в тандем к звездам такого уровня, как Мамонов и Гудзь? Мадонну разве что :)

Поэтому было очевидно, что привлечение медийных персонажей не самый правильный путь. То есть, их отказ был благословением. Если не Мамонов, я решила, что хочу снять неизвестных актеров, и очень рада.

- Актерские работы в фильме отмечают все без исключения критики. Приятно, что это украинские кадры. Как вы их нашли?

- У нас в основном все из Западной Украины - Львов, Ивано-Франковск, кроме Христофора-киевлянина и Демерташ (старого Станислава). Я их всех искала очень долго - три месяца, это было сложно. Было такое, что продюсер интересовался у кастинг-директора, почему у нас до сих пор нет актеров. А я все отвергала кандидатуры уже на стадии ознакомления с фотографией. Четко знала, кто нужен, и искала типажи. Было непросто, но интересно. Кастинг директор Алла Самойленко ездила в Карпаты, посетила все театры. Это титанический труд, как найти иголку в стоге сена. Однако почти никто мне не нравился. Иногда кто-то цеплял, приезжал на пробы в Киев и опять мне не нравился. И мы продолжали этот поиск. И нам удалось найти жемчужины. Алла очень хорошо почувствовала, что я хочу. Отстаивая кого, потом пришлось убеждать продюсеров, но они мне как-то поверили, Слава Богу, все сложилось.

Исполнительница роли Евгении Вероника Шостак на время нашего знакомства училась на первом курсе в Львовском театральном институте. Семнадцать ей исполнилось уже на съемочной площадке. Девушка шла по коридору, и Алла ее увидела. Приехала и говорит мне: «Кажется, я ее нашла. Вот. По-моему, это наша Ивга ». Показала фотографию и видео, где Вероника рассказывает о себе, смотрю, вроде бы да. Вероника прежде обратила мое внимание тем, что была хрупкая и бледная. А на пробах она меня порвала: она такая пластилиновая, она моя, и я с ней заигралась на этих пробах. Мы с ней жили как единый организм, это было очень круто.

Пришлось отстаивать нашу несовершеннолетнюю Ивгу перед продюсерами. Потому что она юная, ей 18 нет, за законом нельзя демонстрировать вторичные половые признаки. К тому же, Вероника без опыта, и я дебютант. Я очень благодарна продюсерам, что они мне поверили.

Сын главных героев - Орест Ягиш - вообще провалил пробы. Но он мне просто подходил, и я решила, что мы его возьмем. Он справился, ни разу не подвел меня на площадке, я ему очень благодарна, мучиться с ним не пришлось вообще. Даже наоборот.

Наталья Половинка - тоже открытие. Аллочка показала мне материал на Youtube, где женщина играет на фортепиано, встает и выходит к зрителям на поклон. И я поняла, что это, наверное ОНА.

До этого мы очень много времени посвятили кастинга, и уже начали искать в Центральной Украине. Однако приезжали все такие силиконовые красивые актрисы. А мне надо было настоящая женщина, она должна принять дух святого, она его стяжать ... Точно не силиконовая. Но настоящих оказалось очень мало - и мужчин, и женщин. А это я увидела на общем плане и говорю: «Да. Давай ее попробуем », а Алла говорит:« Ну, понимаешь, она такая непростая, ни на что не соглашается. Хотя, говорит, мне она тоже нравится. Это такая особая актриса, на специфического режиссера ». Опять мы пробовали кого-то и пробовали. И я говорю: «Нет. Подожди секундочку. Я хочу попробовать ту актрису ». И Алла выслала ей сценарий. В конце концов, Наталья прочитала сценарий и сказала, что приедет.

Приехала Наталья Половинка. Смотрит, оценивая, на меня, приветствуется - потом оказалось, что рукопожатие для нее было решающим. Потом она села и говорит: «Расскажи мне о себе». То есть кастинг сначала прошла я. И уже после этого она допустила к себе, и тогда я делала кастинг и она так же отдалась, и я поняла, что это она, писательница из моего фильма. Заканчиваю кастинг, а она говорит: «Давай еще», заигрались ... А это действительно интересно - нащупывать психофизику человека во время кастинга, он со всеми проходит по-разному.

- На пресс-конференции по международной программы «Молодости» Мила Новикова с отборочного комитета фестиваля, анализируя представленные на фестиваль ленты, отметила, что украинские режиссеры очень редко интересуются современными реалиями. Интересно снимать о современной жизни вам? Каким будет ваш следующий фильм?

- Я считаю, что украинские режиссеры очень разные и снимают о разном.

У меня просто история такая, которая состоит из воспоминаний, но начало истории - это же современность.

В вершинах Карпат вы такие избушки, как в фильме «Братья», найдете и сейчас. И быт такой. Это нормально. И это современность на самом деле. Просто наша современность так выглядит. Да, там есть воспоминания. Там две трети фильма - современность, быт старика, стариков, который может быть тяжелым, монотонным. И тогда становится понятно, почему они углубляются в воспоминания, потому что это нормально, когда старики живут прошлым и прошлое помнят лучше, чем то, что было вчера. Ибо прошлое интереснее и ярче по своей сути.

Поэтому фильм так и построено, что первая часть - это погружение в состояние старой люди, в быт старого человека, во второй трети фильма появляются вкрапления воспоминаний, а дальше - третья часть - полностью в воспоминаниях, там только вкрапления зимы, современности. То есть у нас такой «оборотень» получается.

О следующий фильм я сейчас не буду говорить, потому что нахожусь в процессе поиска, кристаллизации, нахождения формирования. Я даже не уверена, что хочу снимать следующий фильм в Украине, и я не ограничиваю себя современными реалиями или Украины. Если, конечно, я не попадается на какую сумасшедшую историю, но, опять же, это будет история из жизни. Но я не ставлю цель то пропагандировать или не пропагандировать. Если меня заинтересует то, я это сделаю. Если не заинтересует, я этого делать не буду. Я не буду снимать на заказ, пропаганду или, наоборот, конъюнктурно, потому что кто-это точно оценит, если мне не нравится. Я такое делала на телевидении.

- Удался ваш дебют таким, каким вы его задумали?

- На самом деле я не знаю, какого уровня нужно быть мастером, чтобы у тебя получилось на 100% так, как ты задумывал. Я еще такого уровня не дошла.

Есть сцены, которые мы вообще не сняли, мы просто не успевали, и я о них жалею, у нас не было на это времени, не было бюджета для такого количества съемочных дней. Если я, даст Бог, смогу снимать одну сцену в день, тогда, может, я смогу сказать, что я сняла так, как хотела хотя бы на 90%. У нас была единственная сцена очень сложная, где Христофор омывает мертвого. Мы весь день снимали только ее, это где-то 1-1,5 минут экранного времени. И она вышла совершенно такой, как представлялась. Как мы ее со Славой Пилунский нарисовали вместе, она абсолютно такой и получилась.

В тех возможностях ограниченности времени все было сделано максимально честно. Сказать, он такой, каким я его представляла ... Я его до конца и не представляла, когда делала. Я его чувствовала. Это было на каком-то другом уровне. Мои взаимоотношения с кино совсем на другом уровне не визуальном даже, я просто так это чувствовала. Так же с поиском актеров, со всем. И уже когда я вставала перед этапом, когда мне нужно выполнять или ставить задачи, рисовать раскадровки для сцены, тогда включалось какое-то другое видение, больше даже нащупывания того, что я чувствую. В основном фильм я чувствовала. Может, процентов на 65 этот фильм сложился именно таким, как я его чувствовала.

- Мы планировали финансировать фильм за счет фондов (Госкино и европейских фондов). Откровенно говоря, на получение государственных средств в Украине был определенный элемент неожиданности.

А как получили, то уже не смогли выполнить условия шведских фондов так быстро, как надо начинать снимать согласно условиям нашего фонда. Пришлось вкладывать гораздо больше, чем планировали, да еще и просить помощи у партнеров по аренде техники, постпродакшн.

Но кино - это всегда лотерея, проиграли в деньгах, выиграли в творческом смысле.

История «Братьев» была универсальной изначально, поскольку создана на основе бестселлера Торгни Линдгрен «Джмелиний мед». И этот сюжет - отношения двух братьев - актуален для любой страны. Так, очень хорошо восприняли эту историю зрители кинофестивалей в Азии, где украинское кино особым успехом ранее пользовалось. Так же в Москве, Ереване и Руминии.

У фильма пять отличий кинофестивалей: награда «Лучший дебют» на кинофестивале в Румынии, «Лучший сценарий» кинофестиваля «Киношок», «Лучшая женская роль» в Москве и «Приз российской прессы», приз жюри в Багдаде. Также фильм был показан на «Панораме» Вьетнамского кинофестиваля в Ханое. В декабре ленту будет представлен на кинофестивале в Мюнхене.

Большую часть снимали в Карпатских горах. Условия работы были тяжелыми. Для подъема пришлось строить дорогу. Когда ее размыло дождем, мы свели деревянные лестницы - так себе дорогу жизни сначала на около 800 ступенек, а затем и на 1000 Зато съемочная группа оздоровилась, многие курить бросил. А технику возили лошадьми и «Уралом», поднимая ее вверх лебедкой.

Фильм выходит в прокат 21 января 2015 года. Премьерный показ охватит не менее 25 кинотеатров в крупных городах Украины. Второй показ планируется отдельно.

Достигнуты предварительные договоренности по показов в Польше и Швеции.

Переговоры о показе фильма на украинских телеканалах продолжаются. При этом удивляет позиция телепродюсеров по сумме, в которую они оценивают ленту. За какое российское телекино на отечественном ТВ готовы платить 50 000 долларов, тогда как за отмечено на трех кинофестивалях класса «А» Украинская большое кино - 5000. Телепремьеру планируем ориентировочно на февраль следующего года.

Международным дистрибьютором выступает российская компания AntiPod, украинским - кинофестиваль «Молодость».

Аудитория фильма - кинофилы. По широкой аудитории, то это не фильм не совсем для молодых людей. Ленту поймут зрители, которые имеют жизненный опыт, в том числе и романтический. Ведь одна из интриг фильма в том, что у братьев была одна жена на двоих. Мне кажется, после 30 лет этот фильм будет восприниматься на 100% правильно. Хотя после показа на «молодость адекватные вопросы были от молодежи, наименее адекватные - от зрителей 50.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Популярное у нас