Дружба в Голливуде

Легче всего мы заводим дружбу в детстве, когда достаточно сказать "Давай играть вместе!", чтобы никогда больше не оставаться в одиночестве. Особое значение дружеские отношения приобретают в подростковом и юношеском возрасте, когда ведущей деятельностью становится общение. С годами это важное занятие отходит на второй план — именно поэтому зрелая дружба не измеряется количеством времени, проведенного вместе, и расставшись с другом на год, мы при встрече разговариваем так, как будто и недели не прошло. Ну а если с другом детства нас объединяет общее дело, то это способно как укрепить дружбу, так и погубить ее навсегда.

Дружба в Голливуде


Ведь работа демонстрирует нам человека во всей красе. Гораздо сложнее сохранить школьную или студенческую дружбу, если пути расходятся. Друзья выбирают разные профессии, но это полбеды — каждый добивается в своем деле своих успехов. И если разница в занятиях не помеха дружбе (вы ведь, встречаясь с друзьями, не говорите только о работе?), то как раз уровень успешности может развести друзей навсегда. "Он стыдится меня, потому что я небогат и неудачлив", — думает тот, которому повезло меньше. "Он завидует мне, потому что я добился большего", — полагает успешный человек. Конечно, если у друзей хватает такта не обсуждать денежные и имущественные вопросы, то дружба может сохраниться. Но разное социальное положение порождает и разные проблемы: "У кого каша жидкая, а у кого жемчуг мелкий". Дружба — это нежное экзотическое растение, чувствует себя лучше, если ее растят люди, успешные одинаково: у них нет поводов ни для стыда, ни для зависти.

Диаспоры за границей создаются из-за единственного желания недавних иммигрантов: иметь под боком людей, с которыми можно говорить на одном языке. Отрыв от привычного круга общения переживается людьми, уехавшими жить за границу, с разной степенью тяжести. Но чувство одиночества в первое время настигает практически всех. И тогда мы подменяем нашу неотъемлемую потребность в глубинной коммуникации (то, что мы называем "общением по душам") возможностью просто пообщаться с человеком, говорящим с нами на одном языке. Фраза "Мы хорошо понимаем друг друга" обретает в таких отношениях буквальный смысл.

Для такого понимания бывает достаточно и знакомой языковой среды — когда земляки из провинции встречаются в столице, или просто вдали от малой родины, радости нет предела. Кажется, что в недружелюбной "чужой" среде по-настоящему понять друг друга могут только земляки. Но общее место рождения не гарантирует того, что этот человек действительно "свой". Такая ситуативная дружба продолжается до тех пор, пока для ее участников актуальна объединившая их ситуация отчуждения в незнакомой стране. Разумеется, если ничего, кроме языка или малой родины, друзей не объединяет. Чем более иммигрант ассимилируется в новой культуре, тем проще ему завести новых друзей. И, скорее всего, его дети уже не будут дружить только с земляками — им барьер непонимания со стороны иностранцев или непризнания со стороны "чужих" не грозит.

Мэтт Деймон и Бен Аффлек познакомились еще в начальной школе: жили они в паре кварталов друг от друга в городке Кембридж, штат Массачусетс, и хотя Мэтт был на пару лет старше, их объединило общее увлечение — кино. Став взрослыми, они решили покорить Голливуд: откопали старый рассказ Мэтта о подростке-вундеркинде, переделали его в сценарий и принялись ходить по студиям, которым соглашались продать свою работу только с одним условием: если им разрешат сыграть главные роли. И нашли кинокомпанию, не только согласившуюся рискнуть, но и нашедшую для фильма умного режиссера Гаса Ван Сента. Фильм назвали "Умница Уилл Хантинг", и нахальные молодые сценаристы, ранее никому не известные, получили "Оскар". Вместе Деймон и Аффлек прошли огонь, воду, медные трубы и Дженнифер Лопес: когда Бен был помолвлен с самой дорогой попой планеты, Мэтт рассорился с другом: он считал, что стервозная Лопес из добродушного Бена веревки вьет, и был во многом прав. Во всяком случае Джен и Бен разошлись, а друзья создали семьи в одном и том же 2005 году и по сей день обожают проводить время вместе и придумывать новые совместные проекты — на что только не пойдут эти мальчишки, чтобы чаще видеться.

Одну комнату в студенческом общежитии Гарвардского университета делили будущий актер и будущий вице-президент США — Томми Ли Джонс и Альберт Гор, Время было бурное — шестидесятые годы, так что среди тем для разговоров друзей не последнее место занимала политика. Но Гор твердо решил прослушать курс политологии, а Томми Ли выбрал для себя более безмятежную отрасль — английскую литературу. Вместе они играли в футбольной команде университета и принимали участие в историческом матче между сборными Гарварда и Йеля, закончившемся вничью и получившем название "Узы". И после окончания вуза друзья не теряли друг друга из виду, хотя это было сложно: Гор воевал во Вьетнаме, пока Томми Ли без роздыху снимался в телесериалах. Джонс поддержал демократа Гора на президентских выборах 2000 года. А успехи друга в кино побудили Альберта заняться документалистикой, принять участие в оскароносном фильме "Неудобная правда", посвященном глобальным изменениям климата. Кстати, третьим соседом по комнате Джонса и Гора был Эрик Сигал, будущий писатель, автор бестселлера "История любви", главный герой которого — собирательный образ, списанный одновременно с обоих друзей.

Когда Пенелопа Крус приехала в Голливуд сниматься в своем первом американском фильме она не знала никого, кроме Сальмы Хайек: мексиканская дива неожиданно встретила ее в аэропорту и отвезлг к себе домой, а потом показала Лос-Анджелес. Девушке чувствовали себя легко рядом друг с другом — ведь OHI; могли общаться на родном испанском языке. Впослед ствии подружки доводили до белого каления съемочную группу фильма "Бандитки": кадр выстроен, все готово для очередного дубля, а эти красотки все никак не могу! натрещаться по-испански! У подруг похожий темперамент и взгляды на жизнь, а также, что немаловажно, одинаковое чувство юмора Пару лет назад мировые таблоиды обошла фотография, HF которой Пе непринужденно возложила ладонь на рельефную филейную часть Сальмы, а потом девушки вместе хо хотали над заголовками "Крус и Хайек — лесбиянки?" Когда у Сальмы родилась дочь, Пенелопа возмечтала усы новить ребенка. А после недавней свадьбы Хайек ее подруга тоже задумалась о семье.

Совместная жизнь Деми Мур и Брюса Уиллиса по уровню нанесенных разрушений сравнима с любой частью "Крепкого орешка": супруги злоупотребляли алкоголем, изменяли друг другу налево и направо и частенько устраивали дикие ссоры с рукоприкладством. Где-то в промежутках между драками у них родились три дочери, но семью это не спасло. Прожив вместе тринадцать бурных лет, Уиллис и Мур развелись. И сразу же их разногласия как рукой сняло. Они стали часто видеться, проводить много времени с детьми, мило общаться — как будто это не они скандалили так, что слышно было по всему штату Калифорния. Уиллис говорил в интервью, что на самом деле они с Деми все еще любят друг друга, просто — так уж сложилось — не могут быть вместе. Когда Мур вышла замуж за Эштона Катчера, Уиллис подружился и с ним. Всей этой странной семьей, вместе с детьми, они выбирались на светские мероприятия и ездили на каникулы. А когда Брюс женился снова, только слепой не заметил, что его новая супруга, фотомодель Эмма Хеминг, невероятно похожа на Деми — такова сила привычки.

Марлен Дитрих провела последние десять лет жизни в добровольном заточении в своей парижской квартире, избегая журналистов и отдалившись почти ото всех старых друзей. Она пристрастилась к алкоголю, почти перестала следить за собой и превратилась в тень прежней Марлен. И неожиданно в тесный круг ее общения попадает англичанин, журналист Дэвид Брет, на целых 53 года моложе звезды, С ним Марлен делилась своей болью, жалуясь на пустоту и глупость людей, которые старались к ней приблизиться, на зависть и злобу родной дочери, и вполовину не так талантливой, как мать... Дэвид стал последним, с кем она говорила в своей жизни, — их разговор состоялся за два дня до смерти Дитрих.

Ей было 90 лет. Дэвид Брет прославился как биограф звезд, среди которых: Кларк Гейбл, Барбра Стрейзанд и Фредди Меркьюри. Близость к Дитрих позволила ему написать книгу Marlene My Friend ("Марлен, друг мой") — может быть, это была дружба "с интересом"? Однако никого из знаменитостей Брет никогда больше не называл своим другом. Он умел смотреть на Марлен с восхищением, которого она была достойна, но без подобострастия. А она, возможно, видела в нем смутную тень тех лет, когда была молода, прекрасна и полна сил, и в то же время — учтивого и галантного мужчину, внимание которого ей, без сомнения, льстило...
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Популярное у нас