Манильский смотр киноискусства

Манильский смотр киноискусства включал богатую и многообразную программу: конкурс игровых полнометражных фильмов (21 фильм из 19 стран), внеконкурсный и информационный показы (более 100 лент, созданных в последние годы в разных концах света и получивших высокие оценки критики и зрителей), ретроспективы, посвященные творчеству Ч. Чаплина, современному венгерскому кино, фильмам испанского продюсера Э. Керехэты, представительный кинорынок, а также симпозиум по проблемам кинопроизводства, кинопроката и различным аспектам творческого решения фильма.

Манильский смотр киноискусства


Особый интерес участников и гостей фестиваля вызвала демонстрация филиппинских картин разных лет и программа «Фокус на Азию», куда были включены фильмы не только ряда стран этого региона, в том числе Индии, Японии, КНР, Шри-Ланки, Индонезии, Таиланда и других, но также Австралии и Новой Зеландии. По официальным данным, в фестивале участвовало 40 стран, в Манилу прибыло несколько сот зарубежных гостей, в общей сложности было показано более 150 фильмов, на просмотрах побывало почти 500 тысяч зрителей, получивших возможность познакомиться и с теми картинами, путь которых в коммерческий прокат страны чрезвычайно затруднен.

В состав советской делегации на фестивале входили заместитель председателя Госкино П. Костиков, актриса Л. Гурченко, исполнительница главной роли в конкурсной картине «Любимая женщина механика Гаврилова», режиссер Г. Малян, постановщик фильма «Пощечина», показанного вне конкурса, заместитель-председателя В/О «Совэкспортфильм» Г. Шуваев и автор этих строк. Трудно в одной статье затронуть все грани и аспекты столь масштабного кинофорума, зримо расширяющего аудиторию нашего киноискусства, отразившего вместе с тем весьма серьезные конфликты и противоречия идейного и социального плана. Но о наиболее важном и принципиальном сказать необходимо.

Дело в том, что фестиваль был организован при прямой поддержке американских киномонополий, которые решили сделать Манилу главным плацдармом продвижения своих фильмов в Юго-Восточную Азию и далее в Австралию и Океанию. Показная роскошь официальных мероприятий контрастировала с низким жизненным уровнем основной массы населения страны, еще далеко не изжитой нищетой. Многие филиппинские кинематографисты не без оснований опасались, что фестиваль приведет не к расширению экспорта и укреплению позиций национального кинопроизводства, а лишь к еще более массированному вторжению и без того господствующей здесь американской продукции. Однако интерес зрителей к лучшим азиатским фильмам, к картинам из стран социализма (помимо советских и венгерских фильмов, в программы были включены польские, югославские, чехословацкие, кубинские ленты) привел к тому, что общественный резонанс фестиваля в целом оказался позитивным. Не случайно американские прокатчики признались в конце концов, что кинорынок их ожиданий не оправдал. В то же время филиппинские картины пользовались здесь значительным спросом. Сотрудничество между кинематографистами разных стран, стремление к дружбе и взаимопониманию между народами оказались сильнее узких буржуазно-пропагандистских установок.

Международный престиж любого кинофестиваля во многом определяется уровнем его конкурсной программы. С этой точки зрения манильский смотр отвечал самым высоким требованиям. На конкурсном экране соседствовали работы признанных мастеров мирового экрана—английского режиссера Карела Рейша («Женщина французского лейтенанта»), итальянца Дино Ризи («Призрак любви»), француза Франсуа Трюффо («Соседка»), испанца Хайме де Арминьяна («В сентябре»), австралийца Питера Уэйра («Галлиполи»)—с большим числом талантливых дебютов. Это разнообразило программу, поднимало ее престиж, из крупных мастеров разочаровал аудиторию, пожалуй, только западногерманский режиссер Райнер-Вернер Фассбиндер, известный советскому зрителю по остросоциальному фильму «Замужество Марии Браун». В показанной в Маниле ленте «Лола» Фассбиндер сделал попытку в фарсовой интонации показать разложение, царившее в буржуазных кругах ФРГ в 50-е годы, используя мотивы, характерные для западногерманского кинематографа тех лет, как материал для пародии. Картина эта. е политическом аспекте весьма точная и разоблачительная, оказалась художественно эклектичной и малоубедительной. В конкурсной программе преобладали фильмы гуманистической направленности, рассматривающие пусть не всегда последовательно и эстетически безупречно, но. как правило, оригинально и интересно острые социальные и психологические проблемы, характеризующие многообразные и разноречивые судьбы людей в стремительно изменяющемся современном мире. Картины, сделанные в традициях буржуазного кинематографа—американская детективная драма «Телесный жар» (жена и любовник убивают богатого мужа), канадский вестерн «Гарри Трейси десперадо» и западногерманская эстетская лента о молодежной преступности «Сейчас и все».—хотя и не лишенные определенных технических достоинств, очевидно, выпадали из общего контекста и не получили сколько-нибудь значительного резонанса. А вот ленты, быть может, менее отточенные и совершенные, но актуальные по своему звучанию, произвели на аудиторию сильное и яркое впечатление.

Протест против идеологии мракобесия, вовлекающей человечество в пучину вооруженных конфликтов, характеризовал две ленты, созданные в разных концах света, но посвященные одному периоду и близкой тематике. Я говорю о дебюте японского режиссера С. Сайто «Когда я был ребенком, была война» и о норвежской картине Л. Миккельсен «Маленькая Ида». И там и там—трагедия детей в годы второй мировой войны. Картина «Галлиполи» рассказывала о знаменитом сражении 1915 года, в котором погибли многие австралийцы, втянутые в чуждую им европейскую бойню. Весьма традиционная по постановке батальных сцен, эта картина пользуется большим успехом не только в Австралии, но и в США и в Великобритании, ибо ярко раскрывает тему становления национального самосознания освободившегося народа, за что ей и был присужден специальный приз жюри, которое возглавлял выдающийся мастер современного индийского кино Сатьяджит Рей. К детским судьбам возвращала гонконгская лента «Фруктовая вода с молоком» (режиссерский дебют Р. Зем), раскрывшая мелодраматическую панораму судеб подростков из неблагополучных семей, жертв разложения, царящего в Гонконге. Суровый реализм выгодно отличал эту картину от традиционной гонконгской продукции, заполонившей экраны не только Азии фильмами кун-фу, каратэ или облегченными комедиями. Примечательна тематическая близость этой картины с совершенно иной по жанру и стилистике новозеландской лентой «Деорец разрушений» режиссера Р Дональдсона. Драма отца, разлученного с девятилетней дочкой, была темпераментно и убедительно раскрыта Бруно Лауренсом. получившим премию за лучшее исполнение мужской роли. Приз за лучшую режиссуру получил югослав Г. Маркович—постановщик сатирической комедии «Мастера, мастера», насыщенной бытовыми зарисовками из жизни средней школы. Специального приза жюри был удостоен молодой польский режиссер Ю. Махульский, показавший свой первый фильм—стилизованную комедию «Ва-банк» о «благородном» ограблении банка в 30-е годы. Что касается ведущей темы именно этого фестиваля, то ею оказалась женская тема. Такая направленность представляется далеко не случайной Она вписывается в важнейшую для современного прогрессивного кинематографа тенденцию выдвигать на первый план именно образ женщины, трактуемый как символ спасения тех гуманистических ценностей, которым буржуазная технократическая «цивилизация готовит неминуемую гибель.

Женская судьба была в центре индийского фильма, единогласно удостоенного высшей награды фестиваля.— «Чоуринги Лейн 36». Героиня этого дебюта режиссера Апарны Сен—стареющая учительница английского языка и литературы, полуангличанка-полуиндуска, ныне оставшаяся в одиночестве Отказ уехать за границу по настойчивым приглашениям родственников, верность своей стране, своей судьбе и Шекспиру, которого столько поколений учеников узнали благодаря ее увлеченности, поднимают эту обыденную и скромную историю до уровня высокой трагедии. И хотя картине несколько вредит временами назойливый, европеизированный эстетизм режиссуры, благодаря нюансированному исполнению главной роли актрисой Дженнифер Кендалл она стала главной сенсацией фестиваля. Крупнейшая американская актриса Мерил Стрип. которую советские зрители могли видеть в картине «Крамер против Крамера», оригинально сыграла двойную роль в фильме «Женщина французского лейтенанта», где по воле сценариста Гарольда Пинтера ей была предоставлена уникальная возможность воплотить и закомплексованную героиню известного английского романа Джона Фаулза. действие которого происходит в прошлом веке, и образ современной раскрепощенной актрисы, играющей эту роль. Сравнение мыслей и чувств персонажей, взращенных различными временами и условиями жизни, контрапункт любовных историй «в жизни» и в экранизации делали эту картину—далеко не во всем удавшуюся—интересной, и своеобразной, и вполне достойной присужденного ей специального приза жюри.

Женщина, одержимая роковой страстью, в подчеркнуто заземленной обстановке современной французской провинции—такова героиня актрисы Фанни Ардан в фильме «Соседка». Испанская лента «Вечерний спектакль», поставленная Хосефиной Молина,—своеобразная полудокументальная исповедь актрисы Лолы Эррера. выясняющей на протяжении полутора часов свои отношения с бывшим мужем, впечатления и недоразумения ушедшей в прошлое супружеской жизни. Картина «В сентябре»—история ныне сорокалетних одноклассников, отправляющихся, как в юности, на велосипедную прогулку, полна сожалений, воспоминаний и несбывшихся надежд. Реализму ситуаций этих произведений противостояли фантастические мотивы итальянского «Призрака любви» с Роми Шнайдер и Марчелло Мастроянни в главных ролях и аргентинской ленты Эктора Оливеры «Пятницы вечности», легкомысленная героиня которой становится причиной смерти двух своих возлюбленных и вынуждена разбираться с призраками. Обилие героинь-женщин, ярких работ актрис, в том числе и признанных звезд мирового экрана, естественно, привлекло особое внимание к призу за лучшее исполнение женской роли. Победительницей в этом своеобразном соревновании вышла Людмила Гурченко. Созданный ею психологически достоверный и точный до мельчайших деталей образ «любимой женщины механика Гаврилова» оказался близким и понятным аудитории, воспитанной на совершенно иной экранной продукции. И, несмотря на то, что из двенадцати членов международного жюри по крайней мере восемь видели ее на экране впервые, причем далеко не в лучшем из тех фильмов, в которых ей доводилось сниматься, высокий профессионализм исполнения был признан всеми. Таким образом, по существу, первое в этом отдаленном регионе крупное совместное выступление кинематографий социалистических стран принесло им заслуженный успех, о чем свидетельствовали и премии и большой интерес аудитории к конкурсной и обширной внеконкурсной программам.

Присудив главный приз индийскому фильму, жюри фестиваля в своем решении сочло необходимым выразить сожаление, что в конкурс не была включена филиппинская картина (организаторы объясняли это якобы недостаточно высоким уровнем местной продукции, однако дело было, конечно, в противоречиях в среде кинематографистов и в прозападной направленности фестиваля). Жюри отметило также, что в конкурсной программе были недостаточно широко представлены развивающиеся страны. Действительно, даже если ограничиться азиатским регионом, выбор кинематографий был явно политически окрашен. Так на открытии фестиваля был показан китайский фильм «Вышивка цветов вишни»—мелодраматические вариации на тему традиционных искусств и ремесел страны, в программу оказались включенными ленты Южной Кореи и Тайваня, а высокоразвитая вьетнамская кинематография представлена не была. И вместе с тем в главном фестивальном зале (вне конкурса) прокрутили содержащий антивьетнамские эпизоды фильм «Кампучийский экспресс», созданный в Таиланде при участии американских кинематографистов. Не случайно представители недавно созданной филиппинской Киноакадемии—объединения профессиональных кинематографистов—отказались от участия в формировании программы «Фокус на Азию», поскольку в ней почти не нашлось места для реалистических, социально-разоблачительных картин.

На Филиппинах множеством частных компаний ежегодно производится от 150 до 200 игровых полнометражных фильмов. Истоки национальной кинопромышленности восходят к десятым годам, когда были поставлены первые фильмы, посвященные судьбе национального героя, писателя и ученого Хосе Рисаля, казненного испанскими колонизаторами. Характерно, что в кинематографии страны сформировались целые династии, многие представители которых работают в кино и по сей день. И сегодня существует фирма Непомусено, финансировавшая первый полнометражный филиппинский фильм в 1919 году, и сегодня все знают многочисленных представителей семейства Де Леон—потомков «бабушки филиппинского кино» Нарсисы Б. Де Леон—доньи Сисанг, основавшей свою студию еще в 1938 году. Ее сын продюсер Мануэль Де Леон был членом жюри фестиваля, а внук Майк Де Леон—постановщиком показанного на закрытии фильма «В одно мгновение». Верность традициям национальной культуры, массовый характер аудитории, определяемый и самой низкой среди капиталистических стран ценой на кинобилеты, обусловливают плодотворное, хотя и далеко не лишенное противоречий, развитие кинематографии страны. Конечно, значительную, количественно преобладающую часть кинопродукции составляют ремесленные поделки, фильмы-однодневки, сценарии которых зачастую впрямую копируются с далеко не лучших американских образцов. Однако в кинематографии Филиппин влиятельны и реалистические тенденции, есть стремление художников экрана утвердить национальный характер своей кинематографии. Об этом свидетельствовала, в частности, показанная на фестивале картина 1966 года «Портрет художника в образе филиппинца»—строгая, слегка архаичная экранизация знаменитой театральной пьесы филиппинского писателя и драматурга Никомедеса Хоакина.

Фильм «Пи-Экс» (так на архипелаге называют товары, доставляемые с американских военных баз), демонстрировавшийся вне конкурса в главном фестивальном зале, был совершенно иного плана. Эта кровавая мелодрама, действие которой происходит среди проституток и сутенеров, рассказывала о драматической любви филиппинки и американского солдата, сбежавшего с военной базы после того, как он по приказу случайно убил мальчика, пробравшегося на территорию базы. Финальная гибель героя от пули своего же соотечественника, как и возвращение героини к прежнему возлюбленному-филиппинцу, носит вполне символический характер. Показ американской базы как источника раздора, рассадника наркомании и преступлений выдает подлинное отношение филиппинского народа к военному присутствию США. Талантливый режиссер Лино Брока даже в явно коммерчески ориентированной ленте сумел коснуться актуальных проблем страны, раздираемой внутренними противоречиями. Действительно, мир люмпенов служит как бы противовесом официальному рекламному образу первой в Азии буржуазной республики, в которой господствует консерватизм, сильны позиции католицизма, и не столько патриархальные, сколько матриархальные устои нередко приводят к психопатологическим эксцессам, что подтверждает, в частности, картина «В одно мгновение». В стилизованной под документ бесстрастной манере она рассказывает подлинную историю о том, как бывший полицейский убил зятя, дочь, жену и сам кончил жизнь самоубийством. Этот случай, явно ставший возможным в условиях запрета разводов и ханжеского морализма, свидетельствует о духовном кризисе буржуазного общества и, конечно же немало говорит о специфике морального климата в стране. Разумеется, три названные картины не исчерпывают проблематики филиппинской кинематографии, но уже и они показывают ее многообразие.

Если учесть популярность приключенческих гангстерских лент (именно этот жанр был представлен единственной филиппинской картиной, демонстрировавшейся в советском прокате,—«Убить посредников»), идейно-художественное значение исторических картин, особо важных в стране, где свободолюбивые традиции тщательно хранятся и служат примером для новых поколений, то под личный масштаб этой кинематографии раскроется во всей ее широте. Она, безусловно, заслуживает того, чтобы быть представленной на наших экранах, в частности на Международных кинофестивалях. В свою очередь, зрители фестиваля с большим интересом восприняли программу наших фильмов, которая, помимо конкурсной ленты, включала также картины «Москва слезам не верит», «Осенний марафон», «Пощечина», «Экипаж», «Дикая охота короля Стаха» и ряд других. По словам одного из филиппинских критиков, «художественная утонченность (демонстрировавшихся на фестивале фильмов показала, что государственная кинопромышленность обладает практически неограниченными возможностями и успешно способствует достижению своей главной цели: созданию хороших фильмов». Филиппинские зрители, ранее не видевшие ни одного советского фильма, теперь смогут познакомиться в коммерческом прокате с несколькими сериями киноэпопеи «Освобождение», с фильмом «Москва слезам не верит», а в перспективе и с другими работами наших кинематографистов. В частности, во время фестиваля с руководителями филиппинской кинематографии была достигнута договоренность об обмене кинонеделями уже в этом году.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Популярное у нас