Голливудская мода на «грязных» полицейских

Посмотрев «Поезд на Юму», мы видим, как мирные персонажи вестернов были вынуждены брать в руки оружие, чтобы защищать закон и порядок. На шерисров и полицию фермеры положиться не могли. Отчасти потому, что служителей правосудия на Диком Западе было немного, отчасти же потому, что провинциальные законники нередко были теми же бандитами, только получившими от властей «карт бланш» на расправы. В мегаполисах вроде Нью-Йорка в начале XX века полиция работала эффективнее, чем на Диком Западе, однако и там ее не слишком уважали. Полистайте классические детективные романы, и вы почти не найдете в них талантливых полицейских, раскрывающих загадочные преступления. Частный детектив и его «серые клеточки» в книгах Конан Дойла, Агаты Кристи, Гилберта Честертона обычно оказывается намного умнее, чем все «копы» и «бобби» вместе взятые.

Голливудская мода на «грязных» полицейских


Впрочем, отказывая полиции в уме, авторы детективов не сомневались в ее готовности и умении карать преступников. Вспомним типичный финал детектива: сыщик собирает подозреваемых в комнате, излагает свою версию и позволяет полиции арестовать негодяя. Все, работа следователя завершена. Если вина доказана, правосудие обязательно восторжествует. По тому же принципу действовали первые супергерои. Бэтмен, Супермен, а позднее и Человек-паук проводили гражданские аресты - ловили мерзавцев и передавали их правосудию. Когда после Второй мировой Америка превратилась в страну среднего класса, отношение к полиции улучшилось. Пригородное царство домиков с белыми заборчиками нуждалось в защите от голытьбы из бедных кварталов. Законники же, в свою очередь, научились пользоваться достижениями криминалистики и вежливо общаться с гражданами. Кино и телевидение тут же отреагировали на новые веяния - экраны наводнили детективы об идеальных полицейских.

Разумеется, долго идиллия не продлилась. Конечно, приятно, когда коп вежливо беседует с тобой, честным гражданином. Но кому понравится, если полицейский столь же вежлив с убийцей и насильником? И кто может спокойно спать, зная, что законники выпускают преступников на свободу, если у мерзавцев имеются бойкие адвокаты? Американцы привыкли видеть решительных шерифов в вестернах, и они ждали от современной полиции, что та тоже будет не миндальничать с преступниками, а вырывать криминал с корнем. Так в конце 1960-х возникла экранная мода на «грязных» полицейских, защищающих дух, а не букву закона. В то время как раз появилась система рейтингов, заменившая существовавшие ранее самоцензурные ограничения, и продюсеры позволили сценаристам и режиссерам создавать произведения, положительных героев которых нельзя было назвать идеальными служителями правосудия. Ведь, присвоив ленте «взрослый» рейтинг, можно было не бояться, что неоднозначная мораль смутит юных зрителей.

Впрочем, превращать доблестных полицейских в полных отморозков никто не собирался. Одно дело, когда коп, как Грязный Гарри в первой серии его приключений, преследует маньяка-убийцу, не имеющего права на зрительское сочувствие. И совсем другое дело, когда во второй серии «Грязного Гарри» полицейские-заговорщики не щадят ни своих, ни чужих, чтобы избавить город от преступности. В итоге они сами становятся мафией, и заглавный герой оказывается их непримиримым врагом. Как говорит в картине сам Грязный Гарри, «главное - вовремя остановиться». Если полиция палит во всех подряд и не соблюдает законы, она теряет право на существование. Но кто, в таком случае, должен отстреливать самое дорогое насильникам и забивать в глотку наркобарыгам их смертоносный товар? Очевидно, простые люди. Те, кто стал жертвой преступников, не нашел защиты у полиции и разочаровался в системе. Как можно требовать соблюдения закона от тех, кому правосудие не помогло? И какой зритель не посочувствует человеку, мстящему за унижение и смерть близких?

В том же 1971 году, когда Дон Сигел снял «Грязного Гарри», Сэм Пекинпа представил публике «Соломенных псов». Герой картины, тихий американский ученый, оказавшийся в английской провинции и ставший жертвой местных бандитов, неожиданно открыл свою «темную сторону» и оказался еще более жестоким, чем его враги. Пекинпа снимал экзистенциальную экшен-драму о тонкой пленке цивилизации, скрывающей демонов человеческой души. Однако в последующих постановках на эту тему публике предлагалось не столько ужасаться перерождению добродетели, сколько «болеть» за героя, который нашел силы сразиться со злом. Обычно главной картиной о «городских мстителях» называют «Жажду смерти» Майкла Вин-нера, в которой Чарльз Бронсон сыграл свою самую известную роль. Действительно, «Жажда смерти» - самая известная лента жанра, породившая четыре сик-вела и множество подражаний.

Но не стоит забывать, что за год до «Жажды смерти», в 1973 году, Джек Хилл снял «Косрсри», историю темнокожей медсестры, которая вышла на улицу, чтобы покончить с торговцами наркотиками. В то время эту малобюджетную ленту класса «Б» по достоинству не оценили, но с годами исследователи признали ее вклад в развитие жанра. Через два года после «Жажды смерти» в новом жанре отметился Мартин Скорсезе. В «Таксисте» было не так много смертей, как в ленте Виннера, но зато новая картина получилась намного глубже и тоньше. Это была не примитивная пропаганда вооруженной самозащиты, а подробное исследование психологии человека, которого разложение общества загоняет в моральный угол. Либо ты миришься с окружающей мерзостью и становишься трусом, либо берешь в руки оружие и становишься безумным убийцей.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Популярное у нас